Тимур Василенко (timur0) wrote,
Тимур Василенко
timur0

Category:

Н.В. Брагинская "Беседы и интервью"

Книга двести девятая

Н.В. Брагинская "Беседы и интервью"
С сайтов polit.ru и russ.ru

В середине 80-х в издательстве "Наука" вышла книга Якова Голосовкера "Логика мифа", подготовленная к печати Н.В. Брагинской. Не скажу, что я обратил тогда внимание на человека, потратившего несколько лет на разбор архивов и подготовку текста к публикации - в голову, честно говоря, не пришло. Обратила мое внимание на это Ревекка фрумкина - в ее статье о Голосовкере этому был посвящено несколько проникновенных строк. Пару лет назад я узнал, что и "Миф и литературу древности" Ольги Фрейденберг к печати подготовила тоже Брагинская (об этом тоже есть в статье Фрумкиной, но для меня тогда имя "Фрейденберг" была пустым звуком). Это уже вызвало огромный интерес - человек потратил годы на то, чтобы вернуть в интеллектуальный оборот даже не идеи, а сами сочинения двух очень интересных авторов. Ладно бы она в своих сочинениях пересказывала бы эти идеи, со ссылкой на источник, разумеется - это было бы понятно; но вот так проделать огромную работу и отойти на задний план (кто кроме специалистов смотрит на имя составителя?) - это говорит о том, что мы имеем дело с человеком с очень необычной, немодной по нынешним временам системой ценностей.

Эта система ценностей ясно видна там, где Брагинская говорит не о себе, а о коллегах - важно, что именно она ставит им в заслугу (все выделения ниже мои):

Я слушала одно из последних ее выступлений. Это было самое начало перестройки, 1986 или 1987 год, не помню сейчас, или даже раньше. Это выступление было самоанализом. Оно потом было опубликовано в каких-то «Тыняновских чтениях». Она говорила о себе и о своем поколении с такой беспощадностью, с такой ясностью.
[...] Вот этой простой, черно-белой картине, было противопоставлено то, что она говорила. Это меня восхитило, ведь это она говорила как бы уже с того света. Как видящей себя со снятой субъективностью, себя – среди прочих. Меня это восхитило. Я перед этим снимаю шляпу всегда.

("Язык науки")

Античность и стиховедение пересекаются однако у Гаспарова в "точном литературоведении", проект которого создавал в 1920-х гг. Б.Ярхо, а Гаспаров, публиковавший ряд его неизданных работ, называет себя его "эпигоном". [...]
Гаспаров неоднократно говорит об отсутствии у себя религиозного чувства. Между тем филологический труд Гаспарова легче всего описывается в терминах служения и подвижничества. Как "монументалист" он выступил в "Истории всемирной литературы" (т. I, М., 1983), где им написаны все разделы о греческой и римской литературах с III в. до н.э. по III в. н.э. и начале средневековой латинской литературы. Сорок лет Гаспаров сотрудничает с издательством "Большая Российская Энциклопедия" по всем направлениям филологической науки, не только пишет собственные статьи, но и прочитывает полностью литературоведческие издания. [...]
Такую преданность просвещению Гаспаров называет жизнью без "биографии", потому что "биография" - удел людей творческого склада. Одна из "метатем" Гаспарова, обозначаемая впрямую разве только в немногих публицистических статьях и "манифестах" - соотношение науки и творчества. Гаспаров настойчиво противопоставляет как заведомо разные человеческие склады творческого человека и человека-исследователя. Этот последний, по Гаспарову, и человеком-то должен быть в минимальной степени, скорее - прозрачным стеклом, посредником без своей воли и вкусов, от вмешательства которых в исследование - один вред и порча. Гаспаров легко говорит об отсутствии у себя творческих способностей, умения генерировать идеи, но, похоже, толкует таковые как соблазн и искушение.

("Утешение")

"Служение и подвижничество" - вообще-то это монашеский идеал, отречение от своей личности, вычитание ее. В этой установке не важно, кому принадлежат идеи и сочинения - если они глубоки и важны, то именно это определяет, что в них надо вкладывать силы и время, а имя на обложке - тот факт, что оно не твое - не имеет значения. Это установка монаха, но это же правильная установка переводчика - и Брагинская переводит "Никомахову этику" Аристотеля. Об этой установке стоит помнить, читая высказывания Брагинской по разным вопросам, в частности о том, как должна быть устроена наука.
Относительно науки Брагинская говорит много - впрочем, ее много об этом и спрашивают. Одна из ее тем это неизвестность русской науки на западе; более широко - той науки, которой нет на английском языке, как бы не существует (для англоязычных ученых) - в этом смысле не существует для них и итальянской археологии. В статье "Общество, открытое в обе стороны" она предлагает проект по переводу важных текстов гуманитарных наук русских авторов на английский язык и публикация этих переводов в интернете - это должно ввести идеи и достижения русской филологии и лингвистики (и иных гуманитарных наук) в международный оборот. Переводческий проект, интересно, был ли он реализован (статья опубликована 12 лет назад)?

Но интереснее ее мысли о месте ученого и организации науки. Их можно выжать до двух тезисов:
(1) Ученому надо позволить заниматься тем, что ему интересно
(2) Занятия ученого должны оплачиваться вне зависимости от их потенциальной полезности и интересности, гранты - зло, ибо они развивают двоемыслие
На первый взгляд это позиция, привлекательная для халявщиков - "деньги давай, а результата не спрашивай". Да, в таком виде именно оно, рай для халявщиков. Но это впечатление - результат невнимательного чтения; все ж автор рассматривает корпорацию ученых как монашеский орден, люди там не случайные. Ну и много ли монахам надо? Плошку риса - вот Брагинская переводила Аристотеля работая лифтером. Тут можно вспомнить еще фразу Резерфорда о том, как должны жить научные работники? Сколько они должны зарабатывать - много, или мало, или средне? Резерфорд говорил об этом так: "Хлеб, масло, но не джем". Есть еще история о том, как один из английских королей посетил Гринвичскую обсерваторию и узнав, как малО жалование директора обсерватории, предложил его увеличить. На что директор ответил так: "Умоляю, Ваше Величество, не делайте этого, иначе на это место будут назначать не астрономов!"

Другой стороной позиции "ученый = монах" является осознание того, что ученых много и не надо, дело не в количестве. Гуманитарные науки отличаются тем, что там высокий порог на вход - много лет, едва ли не десятилетий учебы, необходимо просто начитать огромное количество текстов. Не многие к этому способны. Но зато и отношения к ним особые:

Я в 1991 году нашла студента третьего курса МГУ, выучила древним языкам, руководила его дипломом по драматургии платоновских диалогов и диссертацией по театру Плавта (в ГИТИСе, теперь Российская академия театрального искусства), а этим летом он стал доктором наук, выпустил книгу, родил дочь. Кажется, будет директором Института искусствознания. Я рада за этот институт и за Диму. Он молодец. Но по античному театру опять недостача: директора поглотит директорство. Это как рискованное земледелие за Полярным кругом. Хорошо еще он в начальники вышел, своих аспирантов будет разводить, а если б его, упаси Боже, заморозками побило? Где взять еще пятнадцать лет на выращивание?

("Своя корысть")

Эта атмосфера монашеского ордена, служение науке проявилось и в форме домашних семинаров 1970-х, о которых у Брагинской есть статья:

Итак, примем на первое время, что "научный домашний семинар" - это не любая группа людей, которые собираются вместе, чтобы читать вместе стихи или Евангелие или обсуждать, как добиться в России либеральных свобод, или как избавить ее от инородцев, или чтобы собрать сведения о нарушениях прав человека в Пермской зоне. Ядром понятия "домашний семинар" я склонна считать научную или учебную или научно-учебную коллективную деятельность, регулярно осуществляемую в сугубо приватных условиях. Содержание этой деятельности общественно значимо и публично - научная работа, исследование и обучение, форма приватна - дружеская встреча, "гости", чаепитие. Научный домашний семинар - это contradiction in adjecto, такой тип семинара и расплодился в 70-е. Остальные формы - философские, поэтические, религиозные собрания, с самоназванием "семинаров", будем считать кузенными формами, а научную форму - центральной, раз самоидентификация остальных прибегала именно к научной номенклатуре.

("Домашние семинары 1970-х")

То есть та модель науки, о которой говорит Брагинская, отнюдь не фантазия или утопия, наука существовала в такой форме. И в какой-то мере существует и сейчас:

Выпускник домашних семинаров, я ценю всякого рода вольницу в академической жизни, а попытки планировать мою деятельность и надзирать за нею переношу плохо. Как оказалось, я воспроизвожу в рамках университета домашний семинар с его свободой самоопределения участников, занимающихся наукой по собственной воле и не ради заработка. Служащие или учащиеся в РГГУ составляют примерно половину нашего семинара, а иногда меньше. Компания разновозрастная, включает студентов МГУ и РГГУ, людей уже солидного возраста, молодых ученых, аспирантов разных академических институтов и университетов, есть аспирантка моего бывшего аспиранта - "внучатая", так сказать. Почти никому не нужны зачеты или часы. И мы обязательно пьем чай - кто что принесет - прямо во время занятий. Но такой семинар лучше домашнего, он открытей, сюда легче прийти новому человеку, в нем присутствует и научная и учебная составляющая, сама совместная работа людей разных специальностей и разного опыта есть способ взаимного обучения, причем всех, включая старших. Уход тоже естествен, это не разрыв и не предательство, а живая, проточная вода. И никаких вопросов о засланных казачках, и никаких протестов против прихода того или иного лица: двери открыты для всех, и ценз один - греческий язык.

................................................................

Такой вот это человек - Нина Владимировна Брагинская. Не из нашего времени; да и, полагаю, не из какого - во все времена таких людей единицы.
Tags: Книги 3
Subscribe

  • Борис Родоман "Под открытым небом"

    Книга шестьсот тридцатая Борис Родоман "Под открытым небом: о гуманистическом экологическом воспитании" М: Товарищество научных изданий КМК, 2006…

  • Сон

    Приснилось сегодня, что пошли с женой в гости, а таксист привёз не по тому адресу - квартира незнакомая. Я выхожу в другую комнату, а во сне ведь как…

  • Книжная грибалка

    Прогулка по букинистам это как ходить по грибы - приятно найти что-то неожиданное, но может оказаться и впустую. Приятно купить книгу за 30 рублей,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments