March 29th, 2008

Заваровский

Жизня 3

По утрам последнее время я часто читаю Юма, "Трактат о человеческой природе". По утрам - потому что после работы все же не могу сконцентрироваться на таком тексте. А вот сегодня валялся в кровати и читал киношников - "Шесть персонажей в поисках режиссера" Кесьлевского и пару статей Владимира Кобрина (см. предыдущую запись). Всегда интересно читать о том, как делается кино. Да и вообще читать о том, как именно что-то делается, о технологии, о секретах ремесла. Интерес ребенка, разбирающего на части игрушку, только с пониманием, что весь секрет в том, как потом собрать обратно. А кино - особый случай. Почему-то так получается, что всегда есть кто-то рядом, кто этим занимается. Пару лет назад Д. ходила в студию, они там снимали кино, "проекты", как это модно сейчас называть. Я видел два ее проекта - первый смотреть было почти невозможно (ну, две-три минуты, что он идет, потерпеть было можно), а второй (на год старше), был уже вполне ничего. Я даже снялся там в эпизоде, но достоинство ролика отнюдь не в этом, он действительно ничего, даже получил приз на провинциальном фестивале. А сейчас сын друзей снимает кины и мультики - чем только не занимаются школьники. Когда-то ходил в театральную студию - не играть, мне было интересно, как оно делается. Теперь вот могу сразу увидеть в кино, что оно снято по пьесе - так недавно посмотрел "Bug" Фридкина (в нашем переводе - "Глюки"). Фридкин ведь отличный кинорежиссер - как он снял слежку в "Французском связном"! Потом он повторил это в ... Забыл название, там Бенисио дель Торо играет рехнувшегося спецназовца, который кромсает людей, а его бывший наставник Томми Ли Джонс должен его найти - как он идет по следу сначала в городе, а потом в лесу! Это именно кино, визуальный ряд, хореография движений и крупные планы там, где нужно. А вот "Глюки" сразу видно, что снято по пьесе. И диалоги другие, и видеоряд иначе построен. Крупные планы есть, но можно было бы обойтись без них - легко. Пожалуй, основное отличие, все же - диалоги. Слишком много слов - это театр, актрисе есть, чего играть (а там снялась Эшли Джадд, гениально сыграла - сумашествие в реальном времени), но это надо смотреть на сцене. Вот эта театральность - она неистребима. Вот у Хичкока есть фильм - "Веревка". Играют отличные актеры, те, что у него же в "Головокружении" и в "Двое в поезде" - но смотреть невозможно! Болтают, и болтают, и болтают - и ни одной сцены, где важно построение кадра, его ракурс! Вот оно, ключевое слово - ракурс. Построение сцены в театре на высоте, но театральный режиссер не знает, куда именно будет смотреть зритель; а кинорежиссер знает - он сам управляет кадром, взглядом зрителя. Конечно, Орсон Уэлс избегал крупных планов, говорил, что у зрителя всегда должен быть выбор - но достаточно вспомнить кадр из "Головокружения", где Джеймс Стюарт целует Ким Новак, а она с завороженной тоской смотрит на колокольню. Если бы Хичкок не снял ничего, кроме этого кадра, он все равно остался бы гениальным режиссером. А ведь в кадре только один центр - ее глаза. Хичкок вообще мастер таких кадров - хотя бы взгляды в "Notorius". Но нет, театральную природу "Веревки" даже он победить не смог.

Что-то заболтался о кино, пора закругляться. Кесьлевский, Кобрин, надо еще распечатать Норштейна - собирается книжечка о очень визуальном, завораживающем таком кино. Кстати, о книжечках, сейчас включу очередную лекцию Махнача (что там у нас, Александр I?) и буду переплетать Юрганова в синюю тряпку - она стоит накрахмаленная и свернутая в рулон на кресле, почти не отличаясь от него по цвету (чуть только в фиолетовый отдает). Ладно, погнали, посмотрим, как она в виде обложки будет смотреться.