November 11th, 2008

Заваровский

Санкт-Петербург. Персонажи

В питерском метро увидел мужика - пышные усы, переходящие в кудрявые бакенбарды, сам - кровь с молоком. Вылитый Денис Давыдов. На следующий день в гостинице за соседним столиком увидел молодого парня с усами и бородкой клинышком - вылитый Александр Скрябин. Пусть приезжий, но в Питере же! Чем-то этот город привлекает таких "исторических" двойников. Как будто мало там ходит Петров Первых и Екатерин Вторых (фото на ваш фотоаппарат - 100 рублей).

Заметил, что в Питере на меня то и дело заинтересованно смотрели женщины. Нет, они смотрели не так - что-то было в их взгляде не то. Тут надобно описать свою внешность. Обычная, в общем, разве что короткая седая борода. Длинное черное пальто - я вообще-то хотел купить длинный плащ, но их уже лет семь нет в продаже, даже странно. В европейском кино смотришь - носят плащи, а в Россию не везут их. Если продается у нас плащ, то короткий кургузый полупердончик - какой идиот такое напялит такое, лучше куртку. Мне тут, правда, объяснили, что в длинном плаще очень неудобно за рулем - неужели так презирают нас, безлошадных? Короче, купил длинное черное пальто.
И еще я постригся. Попал не к своему мастеру, обычно говорю "покороче", а то не скажешь - как не стригся. И тут сказал - а она ножницами хрясть! И спрашивает - такой длины? Что уж тут скажешь, раз клок выстригла - да, такой. Постригла, в общем, под Барта Симпсона. Ну, почти.
И вот вышел как-то на улицу утром. А похолодало, а теперь и волос почти не осталось (длины никакой, то есть не греют). Мозги мерзнут. Надо шапку какую. Вообще-то я хотел купить шляпу. Фетровую, черную. Федору, бросалино (не настоящую "Бросалино", а по фасону). То есть черный плащ и шляпа - как Хэмфри Богарт в "Мальтийском соколе". Или у него плащ серый был? Оказалось, что купить шляпу - засада. И у нас смотрел в специальном шляпном магазине - моего размера был только котелок. В черном пальто и в котелке я был бы Дживс. А хочется - Вустер. Не, котелок уж слишком концептуально. Не купил. В Питере тоже потом не нашел - в смысле, магазин-то нашел, прямо на Невском, но опять моего размера не было. Не везет.
Так вот, холодно стало, без шапки нельзя, купил себе кепку. Благо, на каждом углу продаются - вот по ходу так и купил. В общем, внешность моя теперь понятна - длинное черное пальто, черная кепка, короткая бородка. И вот в Питере посетил Михайловский замок, а потом, когда одевался в гардеробе, глянул в зеркало - а там такие балетные зеркала во весь рост. Так вот, глянул на себя в зеркало - ё... Дедушка Ленин. Только еще глазки скотчем подклеить, чтоб поуже были - и Ильич. Тогда-то я и понял, что на меня так странно смотрели.

Вот так и я стал петербуржским "историческим" персонажем.
Заваровский

Виктор Лапицкий "Борхес умер"

Книга восемьдесят вторая

Виктор Лапицкий "Борхес умер"
СПб: Амфора, 2000 г., 222 стр.

Купил эту книжулю у уличного букиниста в Питере, очень удачная оказалась для метро. Во-первых, она узкая и высокая, т.е. хорошо входит во внутренний карман пальто. А во-вторых, сами тексты очень напоминают сон - не в смысле "записанные сны", а текст построен как сама ткань сна. Повествование от первого лица почти всегда, подробные детализации-перечисления, взгляд изнутри и незаметные и немотивированные переходы (не скажу "сюжетные", там сюжета как такового нет). Такой текст, который читаешь как сон смотришь - тут же забываешь, что было на предыдущей странице (а то и в предыдущей фразе), да это и не важно. И ни одной мысли не возникает ни по ходу, ни тем более как закрыл книжку. То есть зашел в метро, открыл книжку - и как заснул. Книжку закрыл - выспался, пора на поверхность. Такое чтение в пределах фразы:

Столь нелепый с виду будильник оказался необычайно опасным орудием. Когда он утром, в ночной темноте, зазвенел у меня над головой - его звук,меланхолично беспрерывный, без малейшего vibrato, молниеносно пронизавший своими метастазами что-то все вокруг - его звук пропитал то, что со мной было и было мною, он - его звук, изверг меня - или что-то во мне - из того глубокого, на редкость глубокого сна без снов и видений, в котором я покоился.

"Снов и видений" - "сновидений". Таких штучек там в тексте полно; очень знакомые - стандартные языковые шуточки студентов-математиков, а также рекурсивные штучки и т.п. Да и метафоры из теории групп вполне по делу использует - автор определенно математик по образованию. Посмотрел в инете - точно, матмех ЛГУ. Написано все в основном в 81-83 гг, я был на первом курсе, а автору было уже 30. Но все равно, знакомо - то ли то время, то ли математическое студенчество, но я видел цитаты из тогдашних наших модных идей, а вот здесь "изящно" процитировал Клоделя (это уже для знатоков, да) - в общем, вспомнил студенческие годы. Ради чего иного (да и ради этого тоже) читать эту книжку не стоит, и потому как дочитал, так стразу и подарил. Человек, которому я ее подарил, ее, возможно, сожжет. Нечего Лапицкому писать художественную прозу. Впрочем, он умный, сам это понял - вот переводит он французов, и хорошо переводит. А эта книга у него - так, выкидыш.