July 10th, 2010

Заваровский

Анри Бергсон "Смех"

Книга сто шестьдесят первая

Анри Бергсон "Смех" (Henri Bergson "Le Rire", 1940)
М: Искусство, 1992 г., 128 стр.

Что такое смех и в чем секрет смешного? Есть существенная разница между комическим и трагическим: прочтите Аристофана или Плавта - смешно? Вообще-то нет, даже комедии Шекспира не очень-то смешны при чтении. А теперь прочтите Софокла и Еврипида, не говоря уже о трагедиях Шекспира - тут может быть недопонимание реалий, но с восприятием собственно трагического проблем не возникает. Так почему трагическое универсально, а комическое культурно зависимо? В общем, проблема действительно есть.
Решить проблему пытались многие, и эта книга - одна из попыток. Она невелика - чуть больше сотни страничек формата А6 - и представляет собой почти механическое объединение трех статей: "О комическом вообще", "Комические положения и комические речи", "Комическое характера". Основная из них первая и почти все цитаты ниже оттуда.

Вот первое, на что мы считаем нужным обратить внимание. Не существует комического вне собственно человеческого. Пейзаж может быть красивым, привлекательным, величественным, невыразительным или безобразным; но он никогда не будет смешным. Если мы смеемся над животным, то потому, что нас поразила свойственная человеку поза или человеческое выражение. Мы можем смеяться над шляпой, но смех наш вызван не куском фетра или соломы, а формой, которую ей придали люди, то есть человеческим капризом, воплотившимся в ней.

Отметим, далее, такой, не менее достойный внимания признак, как нечувствительность, сопровождающую обыкновенно смех. По-видимому, комическое может возыметь воздействие, только если коснется совершенно спокойной, уравновешенной поверхности души. Равнодушие - его естественная среда. У смеха нет более сильного врага, чем переживание.

Но только разум, к которому обращается комическое, должен находиться в общении с разумом других людей. Таково третье обстоятельство, на которое мы хотели обратить внимание. Смешное не может оценить тот, кто чувствует себя одиноким. Смех словно нуждается в отклике. Вслушайтесь в него: он не есть звук отчетливый, ясный, законченный; он - нечто, стремящееся продлиться, распространяясь все дальше и дальше, нечто, начинающееся взрывом и переходящее в раскаты, подобно грому в горах. Однако звук его не уходит в бесконечность. Место его действия очерчено кругом какой угодно величины, но он всегда остается замкнутым. Наш смех - это всегда смех той или иной группы.
Collapse )