Тимур Василенко (timur0) wrote,
Тимур Василенко
timur0

Categories:

Александр Секацкий "Моги и их могущества"

Книга четыреста девяносто шестая

Александр Секацкий "Моги и их могущества"
СПб: Митин журнал; Азбука, 1996 г.
http://www.vavilon.ru/texts/sekatsky1-1.html

Это не публицистика, это не беллетристика, это не философия (хотя автор - питерский философ); в общем - трактат. Ближе всего по жанру - социологический роман типа "Вещей" Жоржа Перека. Описание субкультуры типа митьков, только они то ли маги, то ли йоги, то ли боги - в общем, моги.

Прежде всего моги делят всех людей на могов и немогов - и тут нечего добавить, разве что можно заметить, что в этом делении нет никакого высокомерия. Также можно было бы разделить всех на физиков и не физиков, на высоких и невысоких.
Однако, кроме могов и немогов существуют еще две небольшие группы: это маги и йоги.
Сами моги не проводят здесь строгой границы, однако интуитивно различие воспринимается и ощущается ими безошибочно. Йоги ищут путей овладения скрытыми физическими и психическими возможностями человека, маги ищут возможности обратить в свою пользу внешние силы культуры. И тем и другим занимаются также моги: кардинальное различие существует однако в подходе, в методе. Моги не признают священной серьезности таинственных сил; моги с этими силами работают. Работа требует строгой техники безопасности, но все же в основе своей она ближе к экспериментальной физике, чем к заклинаниям шамана, хотя моги нередко пользуются и заклинаниями.
Человек становится могом, присваивая себе могущество, - могущество, доступное ему, но по ряду причин не данное природой непосредственно. Из этого, несомненного для могов, положения вытекают две вещи:
1) Для обретения скрытого могущества необходима дерзость и решительность: ведь надо нарушить инерцию каждодневной запрограммированности (или, как говорят моги, "отменить расписание") и бросить вызов миру запредельных возможностей, адаптировать себя в нем.
2) Выход из неможества в неопробованный и никем не гарантированный мир сопряжен с высокой степенью опасности.

Формула Основного Состояния (ОС) проста: "я могу". Именно в этом состоянии, или, точнее, из этого состояния и осуществляется большая часть практики могов. Мог пребывает в ОС, а в других состояниях он только бывает.
По-видимому, каждый хоть раз в жизни испытывал Основное Состояние и знает его психологический эквивалент. Это чувство, безошибочное в своей непосредственности, - когда все удается, все проходит на одном дыхании и словно бы без малейших усилий. То, что годами казалось невозможным, непосильным - вдруг происходит само собой, одним движением активированного сознания: играючи удается какое-нибудь затаенное желание; словом, все выпадает так, как надо.
Но. Далее начинаются различия. Немог получает это состояние случайно, "вдруг", как бы в дар, а поэтому считает себя не вправе сжиться, свыкнуться с ОС, немог не решается присвоить Основное Состояние. Более того, немог не решается воспользоваться до конца вдруг доставшимся могуществом и спешит вернуться обратно - приносит всевозможные искупительные жертвы, совершает попятные шаги. "Пусть это не получится, - говорит немог, - вот эта мелочь пусть не сойдется, нельзя же, чтобы все сходилось..." А почему нельзя? Кто запретил? И немог перебивает дыхание, уходит из ОС, ибо не верит себе. Логика искупительных жертв разрушает Основное Состояние.
В отличие от большинства людей, которым случайно дарованы считанные минуты пребывания в ОС, мог входит в ОС и практикует из ОС постоянно и привычно, подобно тому как иные, вставая по утрам, чистят зубы и ставят чайник. Стремление откупиться, "оправдаться за удачу" чуждо могам. Удача есть должное, подобающее человеку.

Написан этот трактат с позиции "как если бы моги действительно существуют", т.е. автор попытался вписать их в нашу реальность. Разумеется, они не афишируют свое существование, да им это и не интересно. Но, если знать, куда смотреть, то... Автор играет в такую литературно-культурологическую интеллектуальную игру - проиллюстрировать цитатами из Шопенгауэра, "Бхагавадгиты", Канта и многих других разные аспекты могового могущества. Отдельное удовольствие - стихотворные цитаты. Цитируется Высоцкий, какие-то детские стишки - на первый взгляд что-то совсем не возвышенное (и уж точно не заумное). Но - очень уместно, за грубой приземленностью цитаты стоит точное попадание в смысл. Умеет да.

В этой книге нет повествовательного сюжета - это действительно описание такой питерской субкультуры типа митьков (да, моги не только питерские - в книге упоминаются Рижское и Московское Могущества, но самые крутые моги, разумеется, в Василеостровском Могуществе). Вместе с тем интеллектуальный сюжет есть и сработан он отменно. Книжечка небольшая, т.е. сюжет должен быть построен по нарастающей с кульминацией в конце (как в рассказе и особо ярко в анекдоте). И таки да, именно так и построено - перед нами постепенно разворачивается суть жизни могов, начиная с рассказа о том, что они существуют (см. цитаты выше), постепенно мы узнаем что они могут, как они смотрят на мир и, наконец, в чем видят смысл и цель. Интеллектуальный сюжет развернут безукоризненно.

Выше я упомянул, что Секацкий - питерский философ. Он из породы публичных интеллектуалов (каковым был, к примеру, Фуко во Франции), его статьи я встречаю в самых разных изданиях, на ютубе много его роликов (его любят приглашать на всякие интеллектуальные передачи). Читать его интересно, но в этом и его беда - он пытается сидеть на двух стульях, быть философом и быть литератором. Слишком часто в погоне за яркой метафорой он упускает суть. Ему хочется построить текст по законам беллетристики - с нарастанием сюжета и кульминацией в финале - а это категорически неподходящая структура для текста, сконцентрированного на некой сути, на каком-то высказывании о смысле реальности; такой текст обычно имеет иную структуру - самое главное говорится в начале ближе к середине, формулируется и обосновывается некая точка зрения или скорее ракурс взгляда, а потом идут применения - как с этого ракурса выглядят те или иные проблемы или аспекты реальности. Если искать некой кульминации, то она именно там, в середине ближе к началу. Разумеется, с точки зрения беллетристики это негодная структура, а беллетристическая структура не годится для серьезной философской мысли.
Вот и получается, что у автора дорога одна - в публичные интеллектуалы (вполне достойный путь, надо заметить). Еще пара шагов в сторону литературы - получился бы Пелевин; но кому нужен второй Пелевин? А так - Секацкий, вполне самобытный.
Tags: Книги 5
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments