Тимур Василенко (timur0) wrote,
Тимур Василенко
timur0

Categories:

"Современная польская пьеса"

Книга шестьсот десятая

"Современная польская пьеса"
М: Искусство, 1974 г., 720 стр.

Год назад я прочел двухтомную антологию современной польской драматургии, зацепило. Потому, когда мне попалась эта книга, аналогичная антология, но на полвека раньше, тоже решил прочесть. Сразу скажу, не пожалел.


Пьесы разнообразны. Встречается все, начиная с абсурда - "Театрик "Зеленый гусь"" Константы Ильдефонса Галчинского это чистый Хармс, его "Случаи". Одна из этих микропьесок ходит по просторам рунета в виде анекдота, на ютубе нашлась ее постановка:



Написана, кста, в 1946 году.


Другой абсурдист, скорее даже формалист, сборника - Тадеуш Ружевич с пьесой "Группа Лаокоона":

Т а м о ж е н н и к (обращается к первому пассажиру). Помимо перечисленных в таможенной декларации предметов ничего не везете?

П е р в ы й  п а с с а ж и р (шутливо). Пожалуй, везу… везу бесценное сокровище.
Я весь переполнен прекрасным.

Т а м о ж е н н и к (кивает головой). Прошу открыть.

П е р в ы й  п а с с а ж и р (наклоняется к таможеннику). Рассматривая жизнь с этической точки зрения, я воспринимаю ее во всей красоте. Тогда прекрасное обогащает мою жизнь, она не убога, как твоя. Радостное прекрасное, что предстает перед мысленным моим взором, могущественнее, чем целый мир. А прекрасное я вижу всюду, даже там, где твой глаз не видит ничего.

Т а м о ж е н н и к (своему молчащему коллеге). Кьеркегор?

Т а м о ж е н н и к, с т о я щ и й  в  д в е р я х. Да. В переводе доктора Биненштока. Издание польского книжного магазина Полонецкого.

Т а м о ж е н н и к (первому пассажиру). Каждый человек обязан выявить свою сущность. Этика гласит, что цель жизни и всего сущего заключается в самовыражении. Если человек не сделает этого, то такой уход в себя обернется для него карой. Эстетик, напротив, не придает никакого значения реальной жизни, оставаясь всегда в укрытии. И как бы он ни проявлял себя в жизни, он никогда не выражает себя до конца! (Поднимает вверх указательный палец.)

Первый пассажир опускает голову, как обвиняемый.

…всегда остается еще что-то, что он хранит только для себя. Если б он проявил себя полностью, он поступал бы этично. Но это стремление уйти в себя всегда мстит, и обычно таким образом, что эстетик сам для себя становится загадкой.

В т о р о й  п а с с а ж и р. «Страх и трепет?» А?

Т а м о ж е н н и к. «Или — или».

Пьеса построена на смещении регистра речи, когда он не соответствует ситуации - чем-то это напоминает эксперименты французской группы УЛИПО, что-то подобное использовал Содерберг в "Шизополисе". Линия Виткевича в польской драматургии.


Продолжая линию формальных экспериментов обратимся к пьесе Станислава Гроховяка "Шахматы". Вторая мировая война, мелкий польский городок под немцами, но уже на подходе большевики, советская армия. Графский замок, старый граф, его молодая жена, камердинер. Немецкий барон, возглавляющий военную администрацию, скрывающийся от немцев партизан. Ах, да, еще один из арендаторов графа - теперь все фигуры на шахматной доске расставлены. Игра, в которой всеми движет одна причина - ненависть. И скука. В отличие от нормальных шахмат мы не знаем, к чему стремятся игроки, что именно - победа. И ради этой победы игрок (а их очень немного, большинство персонажей фигуры) может жертвовать фигурами, в том числе собой как фигурой. Очень графичная пьеса, как рисунок тушью - только черное на белом, очень четки и ничего лишнего.


Пьесы Ежи Шанявского "Два театра" и Здислава Сковронского "Маэстро" относятся к жанру "театр в театре" - первая из них о небольшом театре, ставящим одноактные пьесы. Но во сне директора существует другой театр, в котором играются продолжения этих пьес.
"Маэстро" переносит нас в оккупированную Польшу, немцы отбирают заложников, чтобы их казнить (партизаны опять что-то взорвали). Группа людей, которых сортируют - в заложники или отпустить. И один из них "маэстро" - несостоявшийся актер, ныне бухгалтер. Если он бухгалтер, его отпустят, если актер - казнят. И вот он читает монолог из Шиллера, чтобы умереть тем, кем мечтал быть - актером.


"Конец книги шестой" Ежи Брошкевича это пьеса о Копернике. Очень напоминает брехтовского "Галиея", проблематика та же.


Очень хороша "Космогония" Ярослава Ивашкевича - всего четыре персонажа, два мужчины, две женщины. Ночь, разговоры, скелеты в шкафах. Диспозиция напоминает "Кто боится Вирджинии Вулф" Эдварда Олби, но тут мужчины братья, одна из женщин бывшая экономка их отца, другая (актриса), его любовница. Пожалуй, эту пьесу действительно хочу увидеть на сцене.


В сборнике еще несколько пьес, но они не показались мне интересными. Общее впечатление - польская драматургия разнообразна и интересна. Что не должно быть неожиданностью - мы же знаем польский кинематограф, очень интересный.

И да, в рунете нет практически ничего из этих пьес. Так что если читать, то только с бумаги, олдскул.
Tags: Книги 7
Subscribe

  • Два позднесоветских артхаусных фильма

    Эти два фильма многое соединяет: - оба вышли в 1988 году - они очень странные, по-хорошему странные, истинный артхаус - "ушиблены Тарковским", сняты…

  • "Карнавал душ" (1962)

    Попался старый привиденческий фильм " Карнавал душ / Carnival of Souls" (Херк Харви, 1962), шедевр категории Б, снят за копейки с актерами нонейм.…

  • Ганс Гейнц Эверс "Охотники на дьявола"

    Книга шестьсот двадцать четвертая Ганс Гейнц Эверс "Охотники на дьявола" ("Der Zauberlehrling oder Die Teufelsjäger", 1909) Salamandra P.V.V., 2014…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment